Уменьшить шрифт Сбросить шрифт Увеличить шрифт

Russian

English

Russian

English

Требуются: врач функциональной диагностики, врач УЗИ, врач-анестезиолог-реаниматолог пит опсм, секретарь с опытом работы 5 лет свободно владеющий английским и немецким языком, диетсестра с переподготовкой и опытом работы по специальности 5 лет, медицинская сестра радионуклиидной диагностики для работы в радиоизотопной лаборатории, уборщик служебных помещений (без вредных привычек), медицинские сестры

Шанс добрым людям

По данным Всемирной организации здравоохранения, в мире ежегодно проводится более 120 тысяч трансплантаций органов и тканей. Не так давно многие болезни в терминальной стадии считались приговором для пациентов, а сегодня около миллиона людей на планете продолжают жить с пересаженными почками, печенью, сердцем, легкими... Считается, что трансплантология — лицо медицины. Если пересадки органов поставлены на поток, значит, и другие медицинские услуги в стране наверняка на высоком уровне. Наши трансплантологи давно доказали: в профессионализме они не уступают светилам мировой медицины. В Республиканском научно–практическом центре трансплантации органов и тканей, открывшемся в Минске в 2010 году, сегодня — поток пациентов. Уже выполнено более 2 тысяч трансплантаций. За ними — годы кропотливого исследовательского труда. Кстати, совместная работа врачей РНПЦ трансплантации органов и тканей на базе 9–й минской клинической больницы и РНПЦ «Кардиология» «Разработка и внедрение технологий трансплантации органов у детей и взрослых» выдвинута на соискание Государственной премии 2016 года.
 

Энтузиасты и профессионалы в своей области — руководитель РНПЦ трансплантации органов и тканей доктор медицинских наук, профессор Олег Руммо, «мастер сердечных дел» кардиохирург, академик Юрий Островский, главный внештатный нефролог Минздрава Олег Калачик, главный внештатный анестезиолог–реаниматолог Минздрава Александр Дзядзько и их коллеги — всякий раз все тщательно просчитывали, планировали, в уме представляя себе сложнейшие операции этап за этапом. Тогда, 8 лет назад, накануне первой трансплантации печени, у нас в стране нужно было объять необъятное: когда за плечами зарубежных коллег опыт длиною в 40 лет, даже неловко делать какие–либо прогнозы. Сложится ли? В самом начале пути говорили о 20 операциях в год, и в этом отношении уже давно превзошли самих себя. В 2015 году провели рекордное число трансплантаций — 445. Врачи пересадили 333 почки, 72 печени, 33 сердца, 5 поджелудочных желез и 2 легких. А это почти полтысячи спасенных жизней, которые могли бы в одночасье оборваться...   В феврале 2015–го была успешно проведена первая в стране операция по пересадке легких — 58–летняя жительница Осиповичей Людмила Холодок, страдающая идиопатическим фиброзом легких в терминальной стадии, провела на операционном столе 12 часов. Благодаря заведующему отделением торакальной хирургии РНПЦ трансплантации органов и тканей Сергею Еськову и его коллегам пациентка смогла сделать первый, такой долгожданный, полноценный вдох. Сегодня уже двое белорусов справляются с недугами, получив в распоряжение новые легкие. А врачи тем временем готовятся к очередной значимой для нашей трансплантологии операции — пересадке комплекса «сердце — легкие». В ней нуждаются 13 человек.

— Проблема в том, что подобрать для реципиента этот самый комплекс органов довольно трудно, — говорит руководитель РНПЦ трансплантации органов и тканей доктор медицинских наук Олег Руммо. — Но рано или поздно все совпадет, и мы совместно с РНПЦ «Кардиология» проведем эту заветную пересадку. Закроем цикл, после чего наши врачи смогут заявить во всеуслышание: нам под силу осуществить все трансплантации, выполняющиеся в разных уголках планеты!   Подобные операции сегодня невозможны без тщательной подготовки: наши специалисты стажируются за границей — в Австрии, Германии, Великобритании. В их распоряжении — современные технологии и оборудование. Сегодня вовсю идет реконструкция корпусов 9–й клинической больницы Минска: несколько лет назад ее затеяли не случайно — смотрели в будущее. Понимали: как только откроются новые программы по трансплантации, сюда хлынут люди, нуждающиеся в помощи. Ремонт затянулся, и врачи сожалеют, что им приходится работать в условиях стройки, а пациенты готовятся к операциям под стук отбойного молотка и дребезжание дрели. Но Олег Руммо надеется: как только в обновленном корпусе откроется отделение кардиоторакальной реанимации, можно будет делать до тысячи операций на сердце в год. А количество ежегодных трансплантаций легких довести до 20. По сути, поставить их на поток, как трансплантацию почек. Такую на днях провели 38–летней минчанке Татьяне Мучинской: прогрессирующий гломерулонефрит со временем привел к почечной недостаточности. Последние полгода женщина 3 раза в неделю по 4 часа проводила у аппарата гемодиализа.

— Искусственная почка чистит кровь, но разрушает здоровье — страдают сердце, кости. Никуда не можешь отойти от аппарата: какой отпуск, когда как на работу ходишь в больницу! — вспоминает нелегкие времена Татьяна. — Буквально в течение месяца с того момента, как я попала в лист ожидания на донорскую почку (среди родственников, к сожалению, никто не мог помочь), мне очень повезло: нашелся подходящий донор. Все произошло внезапно, быстро, я боялась операции — все–таки первая в моей жизни. Длилась она всего 3 часа: уснула, проснулась и уже совсем скоро встала и пошла. Болевых ощущений нет, я просто летаю! А ведь до операции были упадок сил, подавленное состояние. Совсем скоро окажусь дома, рядом с мужем и сыном, а уже летом, если все будет хорошо со здоровьем, поеду в долгожданный отпуск. Я так благодарна за новую жизнь, за работу врачей, за заботу, за человеческое отношение к пациентам! Это дорогого стоит.   Наши трансплантологи, бесспорно, амбициозны. И многие их планы могли бы осуществиться, если бы не один стоп–фактор: в листе ожидания донорских органов — сотни людей. А самих доноров — в разы меньше, поэтому до спасительной операции многие попросту не доживают. По–прежнему для донорства у нас в стране есть барьеры: не только в законах — в головах. К сожалению, менее 10% органов реципиенты получают от своих близких. Для сравнения: в европейских странах пятая часть всех трансплантаций — родственные. Тому несколько причин. Основная, считает Олег Руммо, — слепая надежда на государство. Как бы это страшно ни звучало, но люди ждут, что необходимый орган им принесут «на блюдечке». Ставить под угрозу здоровье близких не хотят. К тому же, несмотря на передовые технологии, боятся операций. Еще одно «но»: даже если очень хочешь поделиться почкой с незнакомым человеком — донором не стать. Когда в стране прорабатывали закон о трансплантации, возможность неродственного, так называемого благотворительного донорства постарались исключить. Ведь как проконтролировать степень этой самой добровольности? Также невозможны сегодня цепочки обмена, когда человек жертвует орган незнакомому реципиенту, а его родственник, в свою очередь, «делится» им с его близким. В этом году будет разрабатываться законодательная база для проведения подобных трансплантаций, основанных на «кросс–донорстве». Врачи мечтают: когда–нибудь «пул» живых доноров, используемых для трансплантаций, вырастет в разы.

Сегодня в мире активно ведется пропаганда донорства, а в Беларуси работа тут пока только начинается. В прошлом году, например, к нам приезжала делегация из Совета Европы — представители специальной международной комиссии по трансплантологии и медицинской этике, которая занимается развитием трансплантологии в Европе. Обсуждали перспективы донорства у нас. Работы предстоит еще много, но почва для нее благодатная. Олег Руммо считает: общество стало значительно добрее, гуманнее и ответственнее, чем 20 лет назад. Людям небезразличны жизни других, все меньше и меньше белорусов заявляют о несогласии на изъятие органов. Понимают: человека, который умирает на глазах, можно спасти. Дать ему шанс. Такие «обреченные», которые по всем законам должны были умереть через месяц, спустя год–два после трансплантации приходят к хирургам с прекрасными новостями: «У меня родился сын!», «Я помогаю другим». И это лучшая награда.

Компетентно

Руководитель РНПЦ трансплантации органов и тканей Олег Руммо:   — С точки зрения квалификации специалистов, оснащенности наших учреждений и уровня, который мы имеем как в научном, так и в практическом плане, нам хватает всего. За это время мы как профессионалы прошли удивительный путь: научились пересаживать несколько органов сразу — почку вместе с сердцем, почку вместе с поджелудочной железой и печенью, освоили пересадки легких и создали целую систему оказания трансплантационной помощи в стране. В рамках нашего РНПЦ уже тесно. Именно поэтому сегодня практически все областные центры, за исключением Могилевской области, имеют в составе своих клиник отделения по трансплантации органов и амбулаторные кабинеты, в которых наблюдаются пациенты, перенесшие трансплантацию. В 2016 году закончится подготовительная работа по инсталляции этой программы и в Могилевской области. Кстати, первая в Беларуси региональная пересадка почки была проведена в Бресте в мае 2011 года.  

Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 
Советская Белоруссия № 24 (24906). Вторник, 9 февраля 2016

Автор публикации:Инна КАБЫШЕВА

Источник: www.sb.by